slogan

Вход на сайт

Зарегистрироваться

Забыли пароль?


Опрос "СКЕПТИКА"

Какой раздел сайта Вам нравится больше всего?

Мир вокруг нас

Страницы истории

Русский мир

Будь здоров

Творческая страница

Главная

hornaw

Страницы истории

hornaw

«МАЛЮТА СКУРАТОВ» ЦАРЯ ИОСИФА ГРОЗНОГО (часть 24)


«МАЛЮТА СКУРАТОВ» ЦАРЯ ИОСИФА ГРОЗНОГО (часть 24)



beria_24.jpg

СЕКРЕТНЫЕ ФИЗИКИ ЧАСТЬ 2.
КУРЧАТОВ ИЛИ АЛИХАНОВ? МОЛОТОВ ИЛИ БЕРИЯ?

Нет, в начале дела в советском атомном проекте шли не шатко не валко. Причины понятны. Прежде всего – война.

Вторая причина - не определен научный руководитель проекта. Об отношении советских научных светил к созданию атомной бомбы и атомной энергетики я уже писал. Флеров, с подачи которого, согласно легенды, началась история советского ядерного оружия на роль руководителя проекта явно не годится – слишком молод, неопытен и неискушен в научных и политических интригах. Да и администратор он, прямо скажем, никакой. И тут возникают две примерно равноценные фигуры Алиханов и Курчатов.

Алиханов напорист, энергичен. Он рвется в руководители проекта. Курчатов гораздо более сдержан. Он едва оправился от пневмонии, полученной им в Поти, куда он попал после трудного перехода из Крыма по зимнему Черному морю под бомбежками фашистской авиации. В Крыму он вместе со своим коллегой Александровым и группой других ученых занимался размагничиванием кораблей. Эта большая работа снизила потери советского флота от магнитных мин противника. Корабли, оснащенные установкам ЛФТИ, разработанными Курчатовым и Александровым, имели 100% (!) защиту от магнитных мин и торпед гитлеровцев. За эту важнейшую для обороны страны работу вся группа получила Сталинскую премию.

Научный вес, практические достижения, опыт руководства, рекомендации старших коллег у обоих ученых примерно равноценные. Но Сталину гораздо больше импонирует спокойный, уверенный в себе доктор физико-математических наук русский Сергей Васильевич Курчатов с его нелепой бородкой, чем по-восточному живой член-корреспондент АН еврей Абрам Исаакович Алиханов. И вот, 11 февраля 1943 г. ГКО принял специальное решение об организации научно-исследовательских работ по использованию атомной энергии. Их руководителем был назначен И.В. Курчатов. Дело было не юдофобии Сталина, а именно в его личной симпатии к Курчатову. Алиханов тоже находит свое место в советском атомном проекте. И звания академиков они получают одновременно в том же 1943 году. Вот только Курчатов автоматически перепрыгивает через звание член-корреспондента.

Есть еще одна причина неторопливости начального этапа советского атомного проекта – куратор. Первым руководителем назначен Молотов. У Берии только вспомогательная роль, что-то вроде завхоза: найди, добудь, обеспечь. Создается впечатление, что ни Вячеслав Михайлович, ни сам Иосиф Виссарионович еще не понимают всей серьезности атомного оружия. Им кажется, что отличие атомного оружия от оружия обычного такое же, как отличие черного пороха и, к примеру, тротила. Они еще не видят, что кроме чисто военного это оружие имеет и огромное политическое значение.

Курчатов жалуется Берии и просит его о содействии в письме от 29 сентября 1944 г.:

«В письме т. М.Г. Первухина и моем на Ваше имя мы сообщали о состоянии работ по проблеме урана и их колоссальном развитии за границей. ...Вокруг этой проблемы за границей создана невиданная по масштабу в истории мировой науки концентрация научных и инженерно-технических сил, уже добившихся ценнейших результатов.
У нас же, несмотря на большой сдвиг в развитии работ по урану в 1943— 1944 году, положение дел остается совершенно неудовлетворительным...
Зная Вашу исключительно большую занятость, я все же, ввиду исторического значения проблемы урана, решился побеспокоить Вас и просить Вас дать указания о такой организации работ, которая бы соответствовала возможностям и значению нашего Великого Государства в мировой культуре».

Неторопливость Молотова в решениях вынуждает в конце-концов целую группу ученых и, прежде всего Курчатова, обратится к Сталину с просьбой о замене куратора. И выдвигают они кандидатуру… Берии (!). Кроме того, Сталин, во время Потсдамской конференции убеждается в том, что новый глава Белого Дома Трумэн намерен шантажировать СССР атомной дубинкой. Это убеждение становится печальным фактом после бомбардировок Хиросимы и Нагасаки соответственно 6 и 9 августа 1945. И тогда же, с августа 1945 г., Лаврентий Павлович начинает лично руководить всем проектом.

Берия начинает жестко требовать отдачи от всех участников атомного проекта, невзирая на ранги. Это вызывает неудовольствие у «корифеев науки». И вот 25 ноября 1945 г. П.Л. Капица пишет Сталину о своей настоятельной просьбе освободить его «от участия в Особом Комитете и Техническом Совете». Письмо больше напоминает кляузу:

«…товарищи Берия, Маленков, Вознесенский ведут себя в Особом Комитете как сверхчеловеки. В особенности тов. Берия... У тов. Берия основная слабость в том, что дирижер должен не только махать палочкой, но и понимать партитуру. С этим у Берия слабо... Товарищ Ванников и другие из Техсовета мне напоминают того гражданина из анекдота, который, не веря врачам, пил в Ессентуках все минеральные воды подряд в надежде, что одна из них поможет.
…В организации работы по атомной бомбе, мне кажется, есть много ненормального. Во всяком случае, то, что делается сейчас, не есть кратчайший и наиболее дешевый путь к ее созданию.
… Но если стремиться к быстрому успеху, то всегда путь к победе будет связан с риском и с концентрацией удара главных сил по весьма ограниченному и хорошо выбранному направлению. По этим вопросам у меня нет согласия с товарищами.
...Единственный путь тут — единоличное решение, как у главнокомандующего, и более узкий военный совет».

Но уход Капицы только улучшает работу по получению атомного оружия. При всех своих заслугах и достижениях в данном проекте он лишний. Он только тормоз. Работа резко ускоряется.

Формируется коллектив единомышленников, сосредоточившийся на решении сложнейшей задачи. Но до конца 1945 года все еще видно явное отставание в темпах от Манхэттенского проекта.

Я не планирую детально рассказывать историю создания атомной бомбы. Но хочу обратить внимание на одну довольно деликатную тему – тему военно-промышленного шпионажа. Это явление существует, наверное, столько, сколько существует сам человек. Думаю, что еще племена первобытных людей бережно хранили секреты изготовления каменных рубил, а их соседи стремились их выведать. Но не будем обращаться к столь давней истории. Обратимся к событиям примерно полутора тысячелетней давности. Показателен следующий пример. По мнению ученых китайцам удавалось почти 3000 лет удерживать в секрете способ производства стратегического сырья Срединной империи. Чего бы вы думали? Шелка! Недаром торговый путь из Китая в Европу так и назывался – Великий Шелковый Путь. Но, вот, примерно в 500 году нашей эры, византийцам удалось похитить этот секрет. Для этого они воспользовались услугами персидских монахов. В их пустотелых посохах были вывезены живые личинки тутового шелкопряда. Саженцы тутовника, он же шелковица, были вывезены несколько ранее. Вырастить шелкопряда, и отработать всю технологию производства было сложной, но выполнимой задачей. Конечно, качество полученного шелка было значительно ниже, чем качество натурального китайского, но монополию на шелк Китай утратил.

Существует мнение, что секрет атомной бомбы был похищен советской разведкой у американцев. Это правда. И неправда. Да, советская внешняя разведка сработала идеально. Начиная с самого начала атомных проектов стран-конкурентов она была в курсе всех тонкостей производства атомного оружия. К примеру, Павел Судоплатов вспоминает что, уже через 12 дней после окончания сборки первой атомной бомбы в США (июнь 1945 г.) описание её устройства уже было получено в Москве. Так, что Трумэн с Черчиллем в Потсдаме зря считали, что Сталин не понял их слов о «сверхбомбе». Еще не были проведены первые испытания «Gadget» по программе «Тринити» в Лос-Аламосе, а в СССР уже были чертежи устройства этой американской «штучки». А все эти секреты были предоставлены ведомством Лаврентия Павловича.

Но верно и другое. Советские ученые не просто воспользовались шпионской информацией. Они нашли свои оригинальные решения. И ряд этих решений был гораздо лучше решений их оппонентов. Во всяком случае, они опередили всех в создании первой в мире промышленной атомной электростанции. Обнинская АЭС мощностью 5 МВт была запущена 27 июня 1954. Первая зарубежная станция мощность которой, правда, была в 9 раз больше была запущена в Великобритании только спустя 2 года. Но к тому времени в Союзе уже существовала целая программа строительства атомных электростанций. И еще через год вступила в строй Сибирская АЭС, первая очередь которой вдвое превосходила любую зарубежную АЭС. В дальнейшем ее мощность довели до 600 МВт. Но разговор об атомной энергетике – это не тема моего рассказа.

Да, СССР смог испытать свою первую атомную бомбу только спустя 4 года после взрыва в Лос-Аламосе. Интересна народная расшифровка аббревиатуры РДС, присвоенной первой советской атомной бомбе: «Россия Делает Сама» или «Реактивный Двигатель Сталина». Но уже водородную бомбу Советский Союз испытал всего на 8 месяцев позднее американцев. И, в отличие от американского образца, это была именно бомба, а не промышленное ядерное устройство. Испытание же 58-мегатонной «Царь-бомбы» на Новой Земле в 1961 году повергло в шок всех недругов СССР.

Да, большинство этих событий произошло уже после убийства Лаврентия Павловича, но без него всего этого не было бы!



Продолжение следует…



смотрите часть 1

смотрите часть 2

смотрите часть 3

смотрите часть 4

смотрите часть 5

смотрите часть 6

смотрите часть 7

смотрите часть 8

смотрите часть 9

смотрите часть 10

смотрите часть 11

смотрите часть 12

смотрите часть 13

смотрите часть 14

смотрите часть 15

смотрите часть 16

смотрите часть 17

смотрите часть 18

смотрите часть 19

смотрите часть 20

смотрите часть 21

смотрите часть 22

смотрите часть 23



Автор: NikSpika 20-04-2017 22:16:09